Александр Жулин: Концентрация мельдония у Бобровой была маленькая

- Сказать чего-то определенного не могу, - развел руками тренер. - Ждем. Причем сколько будем ждать, пока непонятно.

- Катя и Дима тренируются?
- Ходят, катаются...

- Версия по поводу того, как мельдоний попал в организм Кати, не изменилась?
- Похоже, дело в долгом сроке выведения этого вещества. Она последний раз его принимала в ноябре.

- Но как только стало известно о положительной пробе, говорилось о том, что у нее нашли мельдоний в большой концентрации...
- Это ошибка была. На самом деле концентрация маленькая. Думали и на ошибку врача, и на то, что подлил кто-то, но реально, видимо, мельдоний не успел выйти.

- Если докажут, что дело в длительном сроке выведения мельдония, есть шансы избежать наказания?
- Надеемся на это. ВАДА сейчас должна провести расследование, и все будет зависеть от его результатов. Понятно же, что дураков нет: все наши спортсмены знали о запрете мельдония, все закончили его принимать в прошлом году.

- Шок, наверное, у ребят неслабый?
- Да и у меня шок. Четыре года работы псу под хвост.

- Что думаете о танцах на этом чемпионате мира? У кого больше шансов на золото — Габриэллы Пападакис/Гийома Сизерона или Майи и Алекса Шибутани?
- Думаю, что французы выиграют. Сейчас посмотрел и на тех, и на других на тренировке. По сравнению с французами Шибутани выглядят как маленькие дети. А еще у меня есть ощущение, что канадцы Уивер и Поже поднимутся.

- Как вам Виктория Синицина и Никита Кацалапов?
- Ожидал, что они будут выше.

- Есть мнение, что их девятое место в коротком танце из-за того, что уровень сложности дорожки шагов судьи ни за что понизили.
- Во-первых, не судьи, а техническая бригада. Но, может быть, хватит на судей пенять? Не в чем-то ли другом дело?

- Не в том, что наши проблемы в танцах — от распада пары Елены Ильиных и Никиты Кацалапова?
- Трудно сказать. Но Ильиных и Кацалапов — это было нечто особенное. Когда они выходили вместе на лед, чувствовалась такая «химия»... У нас была одна выдающаяся пара, а стало две просто хороших.

- Если бы Лена с Никитой продолжали кататься в паре после Сочи, были бы сейчас лидерами?
- У меня в этом нет сомнений.

- Но они больше не могли находиться друг рядом с другом...
- Я считаю так: если ты чего-то очень сильно хочешь, можно и потерпеть. Четыре часа тренировок в день ради олимпийского золота — не так и много.

- Вы же их тренировали несколько лет. Они часто ругались?
- Как и все, ничего особенного. Ругались, конечно, но как без этого? Навка и Костомаров у меня тоже ругались. Как по разным углам катка разъедутся... Но что в них было особенное — через 15 секунд после этого они брались за руки и начинали работать еще более яростно.

- Чего, на ваш взгляд, не хватает Синициной и Кацалапову?
- «Химии», которая была у Кацалапова с Ильиных. Два красивых человека рядом — но что-то не то... Понимаете, и танцы на льду, и парное катание — это эксклюзивная работа. Трудно найти то самое сочетание, которое принесет успех. Посмотрите, вот Максим Траньков — он же не сразу нашел свою партнершу Татьяну Волосожар, - здесь Жулин кивнул на лед, где проводили официальную тренировку двукратные олимпийские чемпионы. - Поэтому такие пары надо ценить.

- У вашей украинской пары Александры Назаровой и Максима Никитина, с которыми вы приехали в Бостон, чувствуется «химия».
- Это правда, чувствуется. Ко мне многие подошли, отметили их. Но я все-таки смотрю и вижу в них пока что юниоров. Надо работать дальше.

- В наши непростые времена с украинской федерацией не возникает проблем, какие возникли с турецкой, отобравшей у вас пару Алиса Агафонова/Альпер Учар?
- Слава богу, нет, все в порядке, работаем хорошо. Надеюсь, все будет в порядке и дальше. А турков, конечно, очень жалко. Смотрю на них и чувствую — мои ведь...