Михаил Коляда: Когда-то постоянно тянуло уйти в футбол

- Честно, не слышал, чтобы меня так называли, - улыбается Михаил, когда я ему рассказываю эту историю. - Но к Патрику Чану отношусь с очень большим уважением. Когда он катается, на него хочется смотреть. У него сейчас сезон не очень идет, но это, я думаю, «отходняк» продолжается после Олимпиады. А так он очень большой молодец.

- Я пока не отношу себя к мастерам. Вот Чан, да, скользит потрясающе. А я скольжу так... Не очень.

- Даже не знаю.

- Наверное (смеется).

- Алексей Ягудин. Женя Плющенко. Но у каждого должен быть свой стиль. Стараюсь быть ни на кого не похожим.

- Маме фигурное катание нравилось. В пять лет она меня на каток привела. А в футбол я, если честно, постоянно хотел уйти.

- Да было такое, что и тренировки пропускал. Даже в дворовую команду записался. Но это давно было. Лет семь-восемь назад. Просто был момент, когда не хотелось кататься вообще. Вот и пытался найти альтернативу. Но слава богу, не нашел.

- Переломный период. Думаю, у каждого такие есть. Вообще без энтузиазма катался. Тренер что-то говорит, я делаю — но спустя рукава.

- Нет, тут наоборот, был по-другому настроен. Осознавал, что будет тяжело возвращаться — но гнал от себя такие мысли. Знал, что это реально. Многие спортсмены возвращались после очень тяжелых травм и добивались результатов.

- Да не, на самом деле, про засмеют я не говорил... Случилось все вот как. Дорожку шагов делал, на твиззле в дырку во льду попал. Ногу свернул, упал и понял, что встать не могу. Висит нога. Подняли, унесли на носилках.

- Стараюсь не вспоминать об этом, да.

- У меня, к счастью, быстро все прошло. Первую операцию в августе 2014 года сделали. Сказали, пластину снимем ориентировочно в феврале-марте 2015-го. Ну ладно. Прошел курс реабилитации. Ходить нормально начал, не прихрамывая. На лед уже выходил, скользил, вращался. А потом где-то через два с половиной месяца после операции сделали рентген, врач посмотрел и говорит: не вижу смысла держать пластину. Сделали еще одну операцию, вынули. Еще какое-то время восстанавливался, но уже намного быстрее все пошло.

- Был. Тяжелее всего было его преодолеть. Мысли гуляли: мало ли что... Но мне многие говорили: два раза в одном месте ноги не ломают. Ничего, привык, нормально.

- Сложно сказать. Мне кажется, долгий перерыв у меня должен был произойти. Не тогда, так еще когда-нибудь. Чтобы я морально отдохнул, отпустил все мысли и начал все сначала. Как с группы начальной подготовки. Перекидной прыжок, все одинарные, все двойные.

- Может быть. Потому что в августе 2014-го я четверной уже делал. И на тренировках, и в прокатах.

- Не знаю даже, китайцы очень скрытные люди. Вообще по отдельности четверной лутц реально делать, сальхов с тулупом, понятно, тоже. Но вот собирать четыре четверных в произвольной программе... В первую очередь, это морально очень тяжело. Это такой барьер, который нужно преодолеть.

- Может быть, и есть что-то такое. У них же медицина очень хорошо развита. Помните, как на Олимпиаде в Турине партнерша (Дань Чжан) с выброса упала? Думал, она не встанет. А врачи чик-чик, и она уже как новая. Докатала программу. Что они сделали с ней?! Кто знает...

- Когда аксель в три с половиной оборота учил, четверной, то очень необычные ощущения были. Вроде бы какие-то доли секунды — но кажется, что долго в воздухе находишься.

- Стараюсь не думать ни о чем. Меня это сбивает. Надо, чтобы все прыжки были как с конвейера на заводе.

- Да, разговариваю. Чаще всего перед соревнованиями. Он подсказывает, как настраиваться. Как думать, как не думать. Но в основном, конечно, приходится до всего доходить самому.

- Ничем посторонним. Соревнования смотрел, за наших переживал.

- Нет. Да и мало слишком времени было для того, чтобы ее освоить.

- Соглашусь с ним. Человек же должен когда-то отдыхать? Тренировки тренировками, но переключаться тоже надо. Люди не машины.

- У меня хобби какого-то постоянного нет. Бывает, на бильярде играю или в настольный теннис. Крайне редко — боулинг.

- Мне кажется, есть такое (смеется). Но вообще мне Питер очень нравится. Причем всем. Какие люди там живут, красота неописуемая. Даже погода дождливая — и то нравится. Наверное, у меня так — где родился, там и сгодился.

- Я, наверное, не смогу в другом месте жить. В Питере у меня семья... И только в Питере есть ощущение дома.

- Нет, я не болельщик. Знаю только названия нескольких команд.

- Меня часто спрашивают — ну как так? Как же «Зенит», как же хоккейный СКА? Ну вот так... На самом деле, хоккей я еще могу смотреть, потому что понимаю, насколько это тяжело — носиться по льду.

- Да нет, там специфика совершенно другая. Я думаю, хоккеисты на фигурных коньках не смогут так же кататься.

- Никогда. Но, кстати, хочу в ближайшее время попробовать для общего развития.

- Нет. У меня шесть дней в неделю лед — хватает. В воскресенье хочется как-то без него обойтись.

- Чего-то подобного ожидал. Но то, что именно произошло — выше ожиданий. Пока с ногой лежал, восстанавливался — постоянно представлял себя, как выступаю. Наверное, морально подготовился таким образом.

- Надо стремиться. На сегодняшний день Ханю — это некий эталон фигурного катания. Как он прыгает, как вращается... Как собирает элементы в программе. Это реально очень тяжело. Немногие так могут.

- Ну не каждый раз, значит. Сколько у него было стартов с чистыми прокатами. А перед ними, кстати, в начале сезона на своем первом «Гран-при» неважно выступил.

- У меня как раз цель — кататься чисто. Пусть не с пятью, не с шестью четверными. Стремлюсь качественно исполнять все элементы, чтобы это все оценивалось хорошими баллами. И преподносить людям свою программу так, чтобы на нее было интересно смотреть. Чтобы не только у меня глаза горели, но и у судей, и у зрителей. Чисто сделать элементы и добавить немного театра.

- Бывает интересно. Когда смотрю на видео, вспоминаю эмоции, ощущения... Здесь хорошо что-то сделал, здесь плохо.

- Как зритель не получается. Кто-то вращается — считаю обороты, позиции смотрю. Прикидываю, сколько баллов это будет стоить.

- Только вот танцы когда смотрю — не понимаю, что они там делают, и наслаждаюсь красотой.