Наряд фигуриста. Сумеет ли Максим Ковтун пришить подворотничок

В моей карьере журналиста одним из худших моментов был тот, в который Кличко победил Поветкина. Не потому, что русский проиграл и не потому, что хотелось увидеть нокаутированного Кличко. Просто после того боя специалистами стали все, и все же стали высказывать остроумные мнения о Поветкине, его технике и подготовке к бою. Большинство из этих людей отчаянно не понимали ни философии бокса, ни его эстетики, ни психологии самого поединка.

Поэтому сейчас, мне немного стыдно писать о Ковтуне, ведь те, кто смотрит фигурное катание давно и серьезно, наверняка воспринимают шумиху вокруг него иначе. Но уж простите, что классическим боксом, что фигурным катанием сегодня мало кого увлечешь. Нужны истории.

Боксер из США Флойд Мэйвезер сел на два месяца в тюрьму. Он ударил жену, хранил дома оружие и еще что-то. Чтобы вы понимали, минута бокса Флойда стоит миллион долларов, и в последние годы он легко обходит футболистов и баскетболистов по скорости зарабатывания денег. Когда Мэйвезер садился в тюрьму, иначе как шоу это не воспринималось. Три месяца заключения, два за хорошее поведение, подруга говорит «Флойду будет тяжело», друг говорит «Давай, брат», отбивает пять и провожает боксера в места лишения свободы. Ковтун в армии – это тот же самый Мэйвезер в тюрьме. 

Надо быть честным, но есть люди с куда меньшими связями, чем у одного из двух лучших фигуристов страны, сумевшие избежать армии. Надо быть адекватным и признать, что Максиму Ковтуну в армии делать нечего. В конце концов, даже самому Максиму хватило бы риторических умений объяснить почему он не пошел в армию, а служил народу своим творчеством. Но он пошел.

Служба Максима будет похожа на затянувшуюся фотосессиию. Она уже сейчас на нее похожа. Представьте себе половину его веселых жестов на призывном пункте где-нибудь в Чите. Прапорщик Рубило очень быстро убедил бы призывников вести себя серьезнее и поверьте, там были бы слова куда более заковыристые (но в то же время понятные русскому человеку), чем ритбергер.

Но судить Максима – это занудство, ведь мы соглашаемся, что спорт давно стал абсолютным шоу, не замкнутым в таймы, периоды, прокаты и раунды. К двадцати годам Максим вполне может обойти все того же Плющенко в популярности, не обходя при этом в мастерстве. Ковтун умеет быть интересным. Он слушает рэп, открыто любит дорогие машины, носит крутые кроссовки и он может стать первым, кто изменит представление о фигурном катании в принципе. Бэд-бой от фигурного катания – это неплохо, особенно в стране, где плохих почему-то любят больше.

Единственный риск для него – превратиться из Флойда Мэйвезера в Анастасию Волочкову, сумевшую показать, что один шаг не только от великого до смешного, но и от оригинального до пошлого. Так или иначе, от Ковтуна хотелось бы и продолжения карьеры. Здорово будет выиграть чемпионат мира и как-то обнадежить зрителей перед Олимпиадой. Чудачества без фундамента превращаются в клоунаду. Надеемся, между нарядами вне очереди Максима все же будут отпускать на тренировки и давать возможность сменить кирзачи на коньки, а шинель - на тулуп.