Матвей Елисеев: Могу испечь пиццу сам

Матвею Елисееву не повезло. В межсезонье появилась информация, что он станет обладателем дополнительной квоты на участие в первом этапе Кубка мира в Швеции. Такой бонус ему сулила победа в общем зачете Кубка IBU. На конгрессе IBU не был принят пункт поправки, который состоял из двух частей. Первая касалась подобного бонуса для лучших юниоров и юниорок сезона, а вторая – как раз для сильнейших в тотале Кубка IBU.

– Поправка по победителям Кубка IBU ни у кого вопросов не вызвала, а вот по юниорам – да. В конечном итоге не был утвержден весь пункт, – объяснил ситуацию первый вице-президент Международного союза биатлонистов Виктор Майгуров.

Павла Елисеева, отца и личного тренера Матвея, эта новость, естественно, не порадовала.

– Сначала сыну гарантировали участие в Кубке мира, потом решение поменяли, а люди не роботы, нервная система сложная штука, может не выдержать, – заявил Павел Константинович, общаясь с нашим корреспондентом накануне поездки сына в Бейтоштолен. – Тем не менее настрой у сына боевой.

Боевой настрой и скорострельность Матвей Елисеев продемонстрировал во время пятиминутного интервью, когда до вылета в Осло оставался лишь час.

– Расстроились, что не получили личную квоту на участие в первом этапе Кубка мира?
– Есть немного. По личной квоте я мог бы выбирать любую группу старта на Кубке мира, а сейчас, даже если пройду отбор в Эстерсунд, права выбора не будет. Но я не заморачиваюсь, просто теперь передо мной больше ответственности за то, как выступлю на контрольной гонке. Надо себя проявлять. Три места в сборной уже заняли Антон Шипулин, Антон Бабиков, Евгений Гараничев. Осталось в команде три-четыре вакантных места. Есть вероятность, что в Эстерсунд отправится команда из семи человек – один из них запасной.

– Если не пройдете отбор, это будет для вас трагедией?
– Нет. Продолжу упорно работать. Будут еще шанс попасть на чемпионат мира.

– А каким был самый драматичный этап вашей карьеры?
– Когда мне было 18 лет, перенес воспаление легких. Целый год вылетел. Но это не драматичный этап, скорее трудный период. Через месяц после выздоровления начал тренировки, чтобы набрать прежнюю форму…

– Шипулин, Гараничев, Малышко – боги для вас?
– С Шипулиным я почти не общался – мы тренировались в разных группах, а с Женей Гараничевым и Димой Малышко готовились к сезону вместе, хорошо общались.

– В своей дебютной гонке на Кубке мира 7 февраля 2015 года вы опередили в спринте самого Уле-Эйнара Бьорндалена. Гордитесь этим?
– Один раз опередить Бьорндалена – не показатель большого мастерства. Мне надо стабильнее выступать. Мое мировоззрение таково: чем на более высокий результат ты замахиваешься, тем проще его достигать. Морально ты к этому готов. Если не хотеть выиграть все, тогда зачем соревноваться?

– Удобно биатлонисту сборной России жить в Подмосковье?
– Вполне. Когда мы из Европы приезжаем домой, мне не надо, как многим ребятам, делать дополнительный рейс. Время выигрываешь для восстановления и тренировок.

– Может быть, в этом секрет вашего прогресса – близость к столичным аэропортам?
– Секрет прогресса был в детстве заложен мамой и отцом. Мама у меня тоже была спортсменкой. Отец окончил институт как тренер по биатлону, но работал в основном с лыжниками, потому что в 90-е годы с оружием были проблемы. Тем не менее я с пневматикой дружу с раннего детства. Мне биатлон всегда нравился больше лыжных гонок.

– Это говорит человек, который выиграл «Московскую лыжню».
– В детской категории на дистанции 5 км. Мне было лет 14 тогда.

– Еще скажите, что лыжный ход – это не ваш конек в биатлоне?
– Это не слабое место, но не скажу, что исключительно за счет работы ног у меня растут результаты. Вряд ли я лучший по скорости в сборной России. Например, в нашей группе Гросса и Брагина очень быстры Петр Пащенко и Дмитрий Малышко. А в сборной лидером хода всегда был Антон Шипулин.

– Под руководством Рикко Гросса вы впервые прошли предсезонку. Как ладите с ним?
– Прекрасно. Он открыт для общения. Два года назад я был в группе Владимира Брагина, но Рикко тогда еще не было в сборной России. Вообще я первый год работаю в основной сборной, раньше тренировался с резервом.

– Ваш отец с Гроссом встречался?
– Рикко перед началом сезона встречался с личными тренерами спортсменов, в том числе и с моим отцом. Обсудили специфику моей подготовки. О чем они говорили – спортсмену знать не нужно. Рикко говорит, что помнит меня еще с тех пор, как он ездил с немецкой командой на этапы Кубка IBU.

– Круто победить в общем зачете Кубка IBU?
– Неплохо, если учесть, что пару этапов я пропустил.

– Крылья выросли после той победы?
– Ничего не выросло. Понимание, что я могу выступать на высоком уровне, пришло после первой гонки на этапе Кубка мира. Это ощущение психологически давит новичка, рождает азарт, а надо спокойнее относиться к гонкам.

– У вас есть любимые гонки?
– Все нравятся, но особенно эстафета – за счет своего эмоционального накала. Более ответственно к ней подходишь, потому что бежишь не за себя, а за команду.

– Какова ваша особенность как биатлониста?
– Стрельба стоя у меня лучше получается, чем в лежке.

– Вес под девяносто кг – это плюс или минус?
– Сейчас мой вес 86 кг. Если трасса мягкая, то трудновато бывает, проваливаешься в снегу. На жесткой трассе мой вес – большая помощь. Тогда я лучше отталкиваюсь. Взять Женю Гараничева. У него все наоборот. Если трасса мягкая – ему не нужно много сил прикладывать, чтобы протащить свой вес, и мягкая трасса под ним меньше проминается.

– А Шипулин?
– Он своими результатами заслужил право выступать в первой группе, когда трасса сохраняет жесткость.

– Вы воспитанник СДЮШОР-111 Зеленограда, как и знаменитый лыжник Михаил Ботвинов, который сменил гражданство, чтобы в составе сборной Австрии выиграть золото чемпионата мира и две олимпийские медали. Не задумывались о подобном развитии своей карьеры?
– Я готовлюсь в основной сборной. Теперь я из России точно никуда. Теперь я прапорщик Российской армии.

– А раз так, то в феврале будете защищать честь Вооруженных сил РФ на III Всемирных военных играх в Сочи.
– Не факт. В ЦСКА много сильных биатлонистов. У нас там целая биатлонная команда прапорщиков: Антон Бабиков, Максим Цветков, Петр Пащенко, Александр Поварницын, Эдуард Латыпов, я. Да, и Юра Шопин. Не могу сказать, что точно пройду отбор в топ-5, но очень хочу. На мировых стартах военнослужащих бежит половина из тех, кто участвует в этапах Кубка мира. Например, оба Фуркада – Симон и Мартен.

– Каков вес вашего спортивного оружия, прапорщик Елисеев?
– 4200 граммов. Главное, не вес винтовки, а точность стрельбы.

– Вы дипломированный технолог хлебобулочного производства. Любите булочки готовить?
– Это плацдарм на будущее. А кулинария – что-то вроде хобби. Могу угостить друзей в Зеленограде пиццей собственного производства.

– Готовить умеете, деньги зарабатываете, к тому же военный, почти лейтенант… Да вы завидный жених, Матвей…
– Пока я не дорос до свадьбы.

– До собственной страницы в Instagram тоже надо дорасти?
– Не хочется заморочек. Я «ВКонтакте», там у меня друзей 500–600.

– С кем из них вы во время отпуска летом отправляетесь в поход на байдарках?
– Только с теми, кого хотел бы видеть рядом всю оставшуюся жизнь. Отец, брат, друзья. В лучшем случае собирается команда из 6–7 человек. Позвал бы и ребят из сборной России, но кто согласится на трехнедельный поход по рекам Карелии да без телефона. Я на байдарке плавал еще годовалый. Но нынче не вышло отправиться в поход. Вырвались лишь на четыре дня, рыбу ловили и тренировались со старшим братом.

– Каким образом тренировались?
– Ну представьте. Река Тверца. До магазина – 12 километров против течения. Цель – банка сгущенки. А потом назад по течению. Гребли на байдарках как сумасшедшие. Круто!